Мы!
Мы — предметы искусства,
Картины Творца.
Как в картине есть чувства
И чья-то душа,
Так и в каждом из нас
Искра есть Божество —
Я и ты — мы похожи,
Как братья с тобой,
И един тот прохожий
Со всем и со мной,
Вместе с тем, уникален
И он, и любой.
Ты и я — мы похожи,
Как братья с тобой.
Но тогда отчего же
Бывает порой -
Мы не слышим друг друга
И знать не хотим,
И с враждою и злобой
На друга глядим?
В суете забывая
О главном сказать,
Лучшее укрываем,
Боясь показать.
Но пусты опасенья
Непонятым быть
Мы должны понимать и
Друг друга любить,
Сострадать, помогать и
Улыбки дарить!
Ведь приятнее видеть
Счастливых людей,
Чем встречать всюду лица
Гневней и гневней.
Так не будем скрывать мы
Симпатии свои!
Скажем все, не стесняясь,
Все то, что внутри!
Воспарим на единых
Мы крыльях любви
И подумает каждый:
«Мы — сила! Смотри!»
Любовь Бандаевская, Л 11-7
Ностальгия
Засыхают листья на окне,
И стекло покрылось сизым паром…
Верить хочется, что все ж недаром
Эта осень. Где-то в глубине
Чувствую: пора забыть о старом…
И закат мелькает в облаках,
И растает прямо на глазах,
Разгоревшись золотым пожаром.
Татьяна Дружинина, Л 11-2
* * *
Легкие волны рассвета
Обрушат силу на берег.
Новое жадное утро
Поднимет душу с колен.
Ветер вздохнет с новой силой,
Согрея дыханьем лицо -
Сковано взглядом медузы
Было так долго оно.
Небо проснется, беснуясь,
В волнах рассеется ливень,
Грозы прорвутся на волю
С громом бездумным кричать.
Ты за штурвалом громады,
Ты — капитан на помосте.
Что же тебе еще надо? —
Сколько морей переплыть?
Ангелина Минина, Л 11-3
Небо
Душа в груди трепещет,
О прутья клетки бьется,
Привычная реальность
Вокруг на клочья рвется.
И кровью истекают
Завязанные крылья,
И с нами утихает
Все то, что было болью:
Глотающим обиды
Рассветом бесконечным,
Хрустальной синей речкой,
Поющей гимн беспечный,
Дыханьем, полным света,
Кипящей синей бездной
Во мне родилось небо,
И небу во мне тесно.
Анна Тарбеева, Л 11-2
* * *
Видно, нету такой звезды,
На которую я б любовалась,
Остаются одни лишь мечты,
Которыми я упиваюсь.
Придет время, и я найду
Яркий блеск той звезды далекой,
За мечтою своею пойду,
Не останусь я одинокой.
Постараюсь хранить тепло,
Не растрачу чувства напрасно,
На душе у меня легко —
Много места осталось для счастья.
Александра Стрелкова, Л 11-3
Стезя поэта
У поэта трудная стезя:
Нет ни выходных, ни отпусков —
Ни забыться, ни забыть нельзя:
Отдых не положен для стихов.
Он прилег и книжку в руки взял —
Нет приятней для него оков…
У поэта сладостна стезя —
Нет ни выходных, ни отпусков.
В.Я. Небольсин, доцент НГТУ
Вечер
Мое тело томит усталость,
Мою душу терзает тоска.
В голове ничего не осталось,
И какая-то боль у виска.
Пред глазами все та же тень,
А на сердце все та же грусть…
Вот прошел и еще один день
В одиночестве… ну и пусть!
Олег Прилепа, Л 11-6
* * *
Странные мысли
Мы что-то вечно ищем.
Но находим?
У нас различны идеалы.
А стереотипы?
И ветер мечется и свищет.
Сводит?
Земля — большая зала.
Откуда скрипы?
Елена Илюшина, Л 11-2
Поверь
Когда ты вечером глаза поднимешь к небу
И в темной пелене увидишь свет звезды,
Прошу тебя, скажи, что дрогнет где-то?
Перевернется ль сердце, улыбнешься ль ты?
А может, свет звезды теплом пригреет
Родных и памяти любимых мест.
Где скатерть на столе и в печке уголь тлеет,
Где рядом мать, в углу икона, крест.
А может быть, душа твоя заноет
И ты увидишь, что тебя звало,
Перрон качнется, стук колес напомнит
Мостов сожженных нить, их время занесло.
А может быть, польются песен звуки.
Польются звуки вальсов, что дарил тогда
Ты многим… их забыл в разлуке,
Но вспомнил их сейчас, пока горит звезда.
Когда ты вечером глаза поднимешь к звездам
И в темной пелене увидишь жизнь свою.
Поверь, я рядом, для тебя был создан,
Поверь, в руке своей всегда держу твою.
Дарья Барышева, Л 11-7
Краски лета
Ночь была невинна и черна,
Ночь была с Луной обручена.
Запах засыпающей листвы —
У окна стояли я и ты.
Воздух лета, как частицу суши,
Омывал нас, проникая в души.
Тени разбегались от машин.
Платья колебался крепдешин.
Свет бросала полная Луна —
Слиться присудила нам она
Для любви, для жизни, дара нам,
Счастья разделить суть пополам.
Лето, шорох листьев и фонарь.
Мы несли все чувства на алтарь
Жизни, встречи, часа и судьбы
В двух часах от полюса любви.
Ночь стояла строгим часовым,
Охраняя взглядом боевым
Счастье истомившихся сердец,
Нежность ощутивших наконец.
Свет влетал в окно от фонаря,
Где-то кралась медленно заря.
Ночь хранила нас, оберегая
От безумства раннего трамвая.
Лев Свирновский, поэт, выпускник НЭТИ
Однажды осенью
Как-то осенью обычной
Захотел я погулять,
А как вышел я из дома,
Ничего не мог понять.
Вокруг снежно и пушисто,
Песен птицы не поют,
И сияет снег искристо,
Воробьи одни снуют.
И везде в округе тихо,
Уже листья не шуршат,
Дед Семен, ругая зиму,
Снег сгребает не спеша.
Антон Чередов, Л11-6
* * *
Мне очень плохо без тебя,
Я плачу от тоски, любя,
И вспоминаю первый миг…
Но вдруг раздался тихий крик… -
И жизнь закончилась моя…
Я тут была, но я — не я!
Ушла на небеса в любви.
Верни мне сердце, жизнь верни!
Я все прощу и все отдам,
Собой клянусь, я не предам!
Но ты не слышишь этот бред.
Зачем? Ты дал уж свой ответ.
И он как гром убил меня…
Верни мне все! Я не твоя!
Ирина Радочина, Л 10-5
* * *
Бессчетное число зеркал ничтожно малых
По ткани рельс незримых рвется в мир.
Как будто некий демиург послал их,
Созвать гостей на дивный славный пир.
Постлал из множества фигур ковер блестящий,
Он отражал, блестел, светил, как мог.
Остался незамеченным блеск настоящий,
И взоры заволакивает смог.
И в комья мяса здесь зажаты души,
А мясо движется по трем осям координат,
И душам боязно обыденность разрушить:
Чуть что не так, опять звенит набат.
Когда душе надоедает это солнце
И этот ком в его лучах таскать
Душа находит малое оконце,
Находит молодых отца и мать.
Проходит некий срок. Душа, дождавшись часа,
Пройдя недлинный ритуал опять,
Находит дом, в который раз в кусочке мяса.
Все просто и логично, если не мешать.
А помешать легко, но это преступленье-
Начать звать душу в этот мир назад
По имени комка в ее последнее явленье
Сюда, где постоянно три оси координат.
И это лишь одно явленье законов Мирозданья,
Мы, может, знаем их какую-нибудь треть.
Мы учим кремний разуму, искусству рисованья,
А сами разучились петь.
Иван Трофименко, Л11-2
Солдат
(посвящается папе)
После первого боя и грустно и тягостно.
Ошалев от атак, отдыхают бойцы.
Рядовой Омельянович по-мальчишески радостно
Наблюдает, как в гнездышке жмутся птенцы.
Истекает кровавыми реками зарево,
Продолжает война свой безжалостный путь.
Лейтенант Омельянович уж под Ельней сражается,
Под огнем батарей от судьбы не свернуть.
«Капитан Омельянович, приказ выполняйте», —
он услышал на Одере и устоял.
«Только раны, врачи, поскорей зашивайте,
Мне опять надо в бой», — умолял и стонал.
В легком вальсе майор Омельянович кружится
(В День Победы — салют, фейерверк и парад).
Он женою и дочкой своими любуется,
Миру, солнцу, весне очарованно рад.
«Подполковник наш строг, – говорили солдаты, —
Но зазря никогда не накажет бойца,
Он прошел всю войну, он с одним автоматом
Шел вперед на врага и стоял до конца».
Быстро-медленно годы идут в наступленье,
Лишь в учебниках пишут теперь про войну,
А полковник седой вспоминает с волненьем
Тех, кто жизнь не щадил, защищая страну.
Ветеран День Победы пожизненно чествует,
Праздник Жизни, Любви отмечать всегда рад.
А парад по России торжественно шествует,
И звенят звонким звоном медали солдат.
Н.Д. Горшкова, старший преподаватель
кафедры русского языка НГТУ
Святой Георгий
Цветные стекла телом витража
На стены храма отблески бросали,
В них солнечные блики танцевали,
Сплетаясь, расплетаясь и кружа.
И вижу я старинный смертный бой:
Святой Георгий побеждает змия,
Бессмертный светлый воин и мессия
Копье занес над вражьей головой.
Но миг застыл — и замерло копье,
И змий притих, склоненный под копытом.
Так зло в миру не может быть убито,
Как не пронзит святое острие.
Проклятье змия. Кто-то на века
Запечатлел победу силы света,
И — православной милостью поэта —
Не добивать упавшего врага.
Но оживали складки от одежд,
И огненным свеченьем полыхали
Оранжевые блики в тихом зале
Обители смиренья и надежд.
И цветом боя озарялся храм,
Как тысячью свечей во изголовье
Ушедших ввысь за торжеством любови
Во благо вере, родине, домам.
Екатерина Климакова, выпускница лицея